Дом нестареющего

Фоторепортаж из единственной в России лаборатории с голыми землекопами
Царство большой матери
Золотая колония
Террор и дворцовые перевороты
Зуб за зуб
О чём говорят землекопы
Один зверёк и толпа учёных
Жилищный вопрос
Особенности быта
Резцы по бетону
Хорошие манеры
Алёна Лесняк    

В 2016 году из Берлинского зоопарка в НИИ физико-химической биологии им. А. Н. Белозерского МГУ привезли колонию голых землекопов. Это стало большим событием для отечественной науки: вивариев, которые содержат нестареющих грызунов, во всём мире единицы, а исследователей, желающих поработать с этими зверьками, — тысячи. Всем хочется разгадать тайну вечной молодости. Мы сходили к ним в гости.

Царство большой матери

Землекопы — эусоциальные существа: особи живут одной большой семьёй, во главе самка-производительница, или царица при ней 2-3 самца-оплодотворителя, все остальные — рабочий народ: одни добывают и приносят царице еду, другие нянчатся с детёнышами, третьи охраняют жилище. Главная самка крепко держит власть. Время от времени она обходит свои владения — знает всё про каждого подданного и в случае неповиновения может жестоко его наказать.

Свергнутая царица с детёнышами. После дворцового переворо­та в основной коло­нии учёные отсадили зверьков в отдельный лабиринт.
Голый землекоп (Heterocephalus glaber) — африканский грызун, живущий под землёй. Некоторые называют его кротокрысом из-за сходства сразу с обоими животными. Первая в мире колония землекопов появилась в 1980 году в Университете Нью-Йорка. Поразительно, но эти зверьки до сих пор живы и здоровы.

Золотая колония

В гостях у землекопов мы оказались в деликатный момент — со дня на день королева должна была принести потомство. Уже не первое на новом месте. Когда грызунов только привезли в Москву, их было 26, к моменту нашего визита — 56. Ограничивать репродуктивный запал самки учёные не собираются — наоборот, их задача сейчас получить как можно больше особей. Потом часть из них рассадят — создадут несколько мини-колоний для экспериментов.

— Из основной колонии забирать зверьков на опыты нельзя. Семья землекопов — единый организм. Все знают друг друга, понимают, кто какую функцию выполняет, и если они будут раз за разом терять своих, начнутся волнения, беспокойство. Животные решат, что их жильё небезопасно, — рассказывает Ольга Аверина, младший научный сотрудник НИИ имени Белозерского. — Поэтому мы постепенно создаём маленькие семьи. В основной сейчас 27 особей — это наша золотая колония. Есть ещё одна большая в 20 особей. Недавно мы отсадили группу из пяти зверьков и отдельно — из четырёх: самку и её подросших детёнышей. Но отселили их не для экспериментов. В большой семье царица напала на самку, решившую стать маткой наперекор ей, в итоге царице и её детенышам предоставили отдельное жилье.

Землекопам по зубам практически любой материал. Содержат этих грызунов в идеально гладких цилин­дрических контейне­рах без углов и швов, где не за что ухва­титься резцами.

Террор и дворцовые перевороты

Королевой может стать не каждая самка. Но если у некоторых животных с похожим социальным устройством, например у муравьёв, главная самка угнетает репродуктивные способности остальных с помощью специальных химических меток, то в случае землекопов никакой химии — только террор. Царица поддерживает свой статус за счёт психологического давления. В научной литературе описаны случаи, когда она, заметив бунтарские настроения одной из подчинённых, загрызала на её глазах своих детёнышей.

— Иногда случаются восстания — чаще всего в критические моменты, во время беременности главной самки, как сейчас, — отмечает Аверина. — Бывает, самки из числа подданных подкарауливают царицу в туннеле. И если та со своим большим животом застревает, могут напасть на неё и забить. Правда, в лабораторных условиях такого пока не замечали.

Ольга Аверина доста­ёт из лабораторного шкафа мини­колонию голых землекопов.

Зуб за зуб

Хотя семья у землекопов сплочённая, драться между собой они любят. Причём весьма жестоко. Есть версия, что их агрессивность — это эволюционное приспособление для контроля численности популяции, ведь в природе на них мало кто охотится, разве что змеи. Но и им подземные грызуны могут дать хороший отпор.

— Схватка землекопов выглядит жутко. Резцы у них острые. Пасть могут разевать почти на 180 градусов. Вот так и идут с открытыми пастями стенка на стенку, — рассказывает Ольга. — Всё происходит за считаные секунды. Только заслышала какой-то шум, писки, возню, как они уже покромсали друг друга.

Золотая колония в комнате с красным светом. Его включют только когда нуж­но навести порядок в лабиринте, покор­мить или осмотреть землекопов. Осталь­ное время животные проводят в полной темноте — как в естественной среде оби­тания.

О чём говорят землекопы

Поведение землекопов пока изучено мало, опубликованы отдельные сведения о внутрисемейных разборках, роли рабочих особей, организации быта и немного о коммуникации. Известно, что землекопы — рекордсмены среди грызунов по разнообразию издаваемых звуков. Например, у них есть несколько интонаций для обозначения змеи. Первая может быть расшифрована так: «Змея! Ползёт прямо на нас. Берегись!» Вторая: «Змея проползла мимо». Третья: «Змея атаковала нашего. Братцы, на подмогу!»

Скоро учёные из НИИ имени Белозерского начнут поведенческие эксперименты с голыми землекопами. Будут менять условия их жизни и наблюдать, как животные на это реагируют. Движения будут фиксироваться на камеры, звуки — на специальные диктофоны для биоакустических исследований.

Один зверёк и толпа учёных

— Пока колония не расплодилась, регулярных опытов по физиологии мы не проводили. Но внеплановый случай был. Помните самку, которую отсадили с тремя детьми? — спрашивает Ольга. — За неё во время драки заступился охранник, и его потрепали особенно сильно. Мы, конечно, обработали раны, но понимали: долго он не протянет. Чтобы не длить его страдания, безболезненно усыпили и пустили на эксперимент. Такой ценный биоматериал не должен пропадать. Перед тем как приступить к исследованиям, мы связались со всеми российскими научными коллективами, которым интересен голый землекоп. Приехала толпа учёных. Каждый со своей пробиркой стоял в очереди и ждал доступа к телу. Это редкий лабораторный вид — по зверьку на эксперимент выдать не получится. Поэтому работаем в большой коллаборации.

Голого и шустрого землекопа удержать в руках гораздо сложнее, чем лабо­раторную мышь.

Жилищный вопрос

В природе одно семейство землекопов занимает огромную территорию размером в два футбольных поля. В лаборатории условия намного скромнее, правда, и особей в колонии меньше. По опыту сотрудников Берлинского зоопарка семье в 30 особей для комфортной жизни достаточно четырёхкомнатного лабиринта (комнаты — вертикальные цилиндрические отсеки на фото). Золотая колония МГУ сейчас живёт в восьмикомнатном лабиринте, хотя зверьков там всего 27. Квартирку расширили, чтобы царица не отказывалась плодиться по причине стеснённых жилищных условий.

За всеми колониями ведётся круглосуточное видеонаблюдение

Особенности быта

Цилиндрические отсеки в лабораторном лабиринте землекопов сродни комнатам в наших квартирах: один отсек грызуны используют как гнездо (гостиную), другой как кормовую (столовую) комнату, третий как туалет. Животные сами выбирают, где какое пространство обустроить. Учёные лишь обеспечивают их строительными материалами: опилками, салфетками, втулками от туалетной бумаги.

Гнездо всегда одно, даже если особей в колонии много. Спят все землекопы с гостиной, даже царица среди них, отдельных покоев для неё не предусмотрено. Когда зверьки замечают опасность — например, фотографа с камерой, — в туннели устремляются охранники. Они снуют по коридорам и скалятся на потенциального обидчика — оберегают спокойствие семьи.

Землекопы бодрствуют ночью, а дневной свет не любят, поскольку в природе живут под землёй. Так что учёные держат их в темноте — только для кормёжки, смены подстилки или ветеринарного осмотра включают красное освещение.

Землекопы не пози­руют—они скалят­ся и предупрежда­ют фотографа, что в гнездо лучше не соваться.

Резцы по бетону

Кстати о форме комнат в лабиринте. Цилиндрическими их посоветовали сделать исследователи из Берлинского зоопарка. Когда там появились первые землекопы, им соорудили жилище из квадратных домиков. Оказалось, зря — через несколько дней зверьки прогрызли углы. По словам учёных, им по зубам даже бетон. Нынешние круглые комнаты и коридоры сделаны из сплава стекла и пластика. Пока побегов не было. Но чтобы землекопам и мысль такая в голову не приходила, учёные стараются разнообразить искусственный лабиринт, сымитировать неровность подземных ходов: делают разноуровневые отсеки, под разными углами закрепляют туннели. А для стачивания резцов кладут в туннели дубовые ветки.

Хорошие манеры

— Когда землекопов только привезли, я переживала, думала: «Как же я буду с ними работать? Они же бетон прогрызают, вон какие у них зубы!» — вспоминает Ольга Аверина. — Я много работала с грызунами. Но то были в основном мыши. Их проще держать, потому что у них шерсть есть, а землекопы гладенькие и юркие, быстрее мышей. С землекопом всё иначе. Как-то я обрабатывала ему царапины — такие процедуры любому неприятны. Так вот, землекоп не стал сразу кусаться. Он повернул ко мне морду и застыл. Смотрит и скалится предостерегающе: «Видишь, какие у меня большие зубы! Я могу тебя укусить, но пока этого не делаю. Отпусти!» Мышь бы сразу цапнула, а этот нет — предупреждает.

Источники

«Кот Шрёдингера» №37-38 (ноябрь-декабрь) 2017

Иллюстрации

Максим Новиков